ModernRel.Ru

Когда бы все боги и асуры разом врагами набросились на меня, они б не сумели столкнуть меня все же в Авичи, где адский пылает огонь.

А эти враги многомощные — клеши способны мгновенно забросить туда, в то пламя, какое и гору Сумеру, сжигает дотла, не оставив золы.

Шантидева также утверждает, что принципиальное различие между обычным врагом и омрачениями состоит в том, что, если к обычному врагу обратиться по- дружески и с пониманием, можно превратить этого врага в друга. Но, обращаясь подобным образом с омрачениями, вы не сможете превратить их в друзей. Чем дружелюбнее вы будете обходиться с ними, тем более вредоносными и разрушительными они станут.

Другие любезными станут, друзьями, как только почтительность к ним проявить. А к сквернам почтение если проявишь, последствием будет страданье и вред.

Как я уже утверждал, можно изменить свое мировоззрение, а следовательно, и поведение путем тренировки ума и выработки внутренней дисциплины. Возьмем для примера меня. Тибетцы из Амдо обычно вспыльчивы: И в Тибете, когда кто-то теряет самообладание, люди считают это за признак того, что данный человек — амдосец! Таков край, из которого я родом. Однако, когда я сравниваю свой нынешний характер с тем, каким я обладал между пятнадцатью и двадцатью годами, я нахожу замечательное изменение. В настоящее время я, практически, не раздражаюсь, а если и рассержусь, то ненадолго. Это великолепное достижение: теперь я всегда в довольно веселом настроении! Думаю, таков результат моей практики и тренировки.

Я потерял свою страну и попал в условия полной зависимости от расположения и воли других. Также я потерял свою мать, и большинство моих наставников и гуру покинули этот мир, хотя сейчас у меня появилось и несколько новых учителей. Конечно, это трагические события, и я чувствую печаль, когда думаю о них. Однако печаль меня не подавляет. Старые знакомые лица исчезают, новые появляются, но я не теряю счастье и покой ума.

Эта способность видеть события в более широкой перспективе представляет для меня одно из чудес человеческого естества.

До тех пор, пока мы остаемся под властью омрачений и лежащего в их основе заблуждения, нет шанса достичь истинного продолжительного счастья. Таково, я думаю, естественное положение дел. И если вы почувствовали глубокую обеспокоенность этой истиной, следует подумать, как освободиться из такой ситуации, — то есть достичь состояния нирваны. В особенности, если вы монах или монахиня, вам нужно нацелить свою жизнь прямо на достижение нирваны, истинного освобождения.

Итак, если вы можете позволить себе полностью отдаться практике Дхармы, устремитесь к состоянию свободы. Если же, как и у меня, у вас недостаточно времени, тогда это довольно трудно, не правда ли? Я знаю, что один из факторов, не позволяющих мне посвятить себя полностью такому целеустремленному образу жизни, — моя собственная лень. Я довольно-таки ленивый Далай Лама, лентяй Тензин Гьяцо! Ну что ж!

Даже если вы не можете вести целеустремленную жизнь следования Дхарме, крайне полезно размышлять об Учении как можно больше и стараться рассматривать все враждебные обстоятельства и помехи как преходящие. Как рябь в пруду, они возникают и исчезают. До тех пор, пока наши жизни обусловлены кармически, им присущи бесконечные круги проблем, возникающих и исчезающих. Одна проблема появляется и проходит, и вскоре возникает другая. Они приходят и уходят непрекращающимся потоком. Однако поток нашего сознания — к примеру, сознания Тензина Гьяцо — не имеет начала. И все же, находясь в постоянном течении этого вечно меняющегося, динамического процесса, базовая природа сознания никогда не меняется. Такова природа нашего обусловленного существования, и осознание этой истины облегчает для меня отношение к реальности. Это реалистическое видение помогает мне сохранять мир и покой. Таков образ мышления монаха Тензина Гьяцо. Из собственного опыта я знаю, что ум можно тренировать и что посредством тренировки можно достичь в себе глубочайших преобразований. Это определенно.