ModernRel.Ru

Таков был этот второй Исаия, таков смысл я характер проповеди его.

Надо сказать, что в то время у вавилонян л у персов, которые совершенно переменили уже отношение к евреям и еврейскому богу и разрешили даже евреям вернуться в Палестину (царь Кир), у них, как я уже говорил в прошлый раз и как мы видим из Бундегеша, существовала вера в появление Саошьянта–спасителя, который приведет их к благу и победе над злом. При этом персы представляли себе Саошьянта как вождя иранцев против туранцев, который поведет их к победе тогда, когда и все светлые силы природы, божьи силы, бросятся против всех темных сил.

Еврей, который находился в таком ужасном положении, но которому религия все время говорила, что если ты, Израиль, раскаешься, если ты вернешься на путь божий, то бог тебя спасет, — в основание всей своей религии тоже положил надежду на лучшие дни. В будущем будет искупление, в будущем будет благо, в будущем придет спаситель. Однако второй Исаия не рисует спасителя, как рисовали Саошьянта персы, человеком могущественным, князем, который явится на болом коне, в блестящем вооружении и будет велчким победителем. Так думали только некоторый евреи, аристократы–саддукеи, из которых могли выходить такие вожди, как Иуда Маккавей, вернувший евреям на время блеск чисто национального и военного характера. Что касается второго Исаии, то он был представителем бедных, и он создал, опираясь на народное верование, великий патетический образ мессии, который повлиял на судьбы всего мира.

Он говорит так: «Вы слышали, что есть господь, бог справедливости? Знайте, что он спасет вас, бедняков, страдальцев. Вы, евреи, забыли бога, вы уклонились от справедливости по пути неравенства, вы. обижали вдов и сирот. Но кто это вы? Вы — это богачи, аристократия, но есть среди еврейского народа и те, кто никогда никого не обижал, кто никогда никого не ограбил, кого другие обижали, кто был, как агнец, непорочен и безгласен, кто не протестует, когда его стригут, кто только страдал совершенно невинно, на кого Иегова, этот великий бог, смотрит с высоты своей оком, затуманенным. слезой. Еврейский народ всеми обижен, но среди этого народа есть бедные евреи, которых богатые евреи обижают, которые есть, так сказать, обиженные из обиженных, а сами никогда никого не обижают, а уповают только на милость божью и божью справедливость. И вот во имя этого бедняка, во имя этого страдальца бог простит всему миру все его грехи! Он скажет: «Переполнилась чаша моей любви, столько страданий перенесено праведниками, бедняками, что этого достаточно, чтобы перевесить все преступления мира». В то время когда бедняк будет растоптан, избит, посажен с разбойниками в тюрьму, распят, когда одежды его разделят между собой другие, тогда господь бог пожалеет его, протянет ему руку, выведет из могилы этого праведника, этого истинного человека, посадит его по правую руку от себя и скажет: «Ты царь, ты судья над всем народом», — и тогда будет благо и слава, тогда Иерусалим загорится великим ореолом, тогда все народы придут к согласию, тогда будет всеобщий мир, тогда не будет войн, тогда все будут отдавать свой труд для пользы всех, и этот труд будет вознаграждаться сторицею. Тогда даже среди животных будет царить мир, тогда лев и ягненок смогут пастись вместе».

Вот это учение и легло в основу дальнейшего еврейского мессианизма.

Еврейская беднота отдыхала на этой вере в появление великого благого бедняка, который будет ужасно страдать в своей жизни, потом умрет и который после своей смерти послужит, так сказать, последней жертвой перед богом, за которую мир будет искуплен, и совершится великий переворот — бог придет творить суд, над всеми с этим праведником и всех, кто был с ним, сделает господствующими в мире, а тех, кто был врагом его, накажет. После этого наступит царство любви и мира.

Таков был еврейский мессианизм, который был изложен в целом ряде апокалипсисов, в книге Эздры и других книгах.

Существовал еще целый ряд других пророков, менее важных, которые своим учением приспособили во многих чертах эту проповедь Исаии к тому времени, когда возникало христианство.

Мессианизм был очень сильно распространен среди евреев. Часть евреев, правда, увлеклась идеями мирскими, светскими идеями, идеями греческого типа, многие священники принадлежали к партии саддукеев и эллинистов. Кроме них были представители еврейства чисто метафизического, это так называемые фарисеи. Самая сущность их религии была метафизическая в нашем понимании этого слова, они верили в загробную жизнь и в воздаяние на том свете. Те, кто исполняет законы Моисея, чтит Моисея, те сейчас же после смерти будут участниками божьего блаженства, а тот человек, который этого не делает, тот явится жертвой соответственных адов. Наконец, среди евреев было еще особое направление, так называемые зелоты и эбиониты, которые часто носят название пазареев, помазанников, христов. Отсюда позаимствовано и имя Христос. Эти назареи были людьми аскетизма, они постились, они носили одежды преимущественно скотоводческого типа, они гнали от себя все, что происходило от греческой культуры, они старались жить главным образом в пустыне и вести такой образ жизни, каким жили предки, которые имели общение с Иеговой, как они полагали, и поэтому–то они отказывались, отрицали, как я уже сказал, все блага тогдашней культуры и говорили: «Мы хотим жить, как жили наши предки, чтя Иегову, в пустыне, питаясь акридами и диким медом, ходить в рубище, в грубых одеждах, — вот наша настоящая жизнь». По–видимому, типичным образом для назареев является образ Иоанна Крестителя. В нем мы видим как раз все эти своеобразные черты.