ЛЕКЦИЯ ШЕСТАЯ
Страница 4

Но у Рима было и другое лицо. У Рима было лицо Бернарда Клервоского, бледное от постов и молитв, согретое внутренним пламенем религиозного экстаза. Эти души, которые просвечивали сквозь кости изнуренного тела, эти истинные угодники божий говорили: я не потому доминиканец, что я. ученик св. Доминика, а я domini canis, т. е. собака божья… они были носителями настоящего героического аскетизма, и тот же Лютер, который, как только произвел реформацию, женился на игуменье, говорил: «Нет, этим вы нас не проведете! Мы против этого! Мы против сатаны, против папы, который пирует под музыку и вокруг которого танцуют обнаженные женщины, но мы и против людей, которые говорят: не ешь, не пей, но женись, изнуряй себя, тогда ты будешь праведником; настоящая праведность божья заключается в том, чтобы трудиться, не лгать, верить в Христа и второе пришествие, помогать ближнему своему и быть честным тружеником, честным гражданином. Вот настоящая суть дела, вот чем нужно быть».

Чей это голос? Это голос торговцев, голос ремесленников, голос зажиточного крестьянства, который так говорит: «Какое безбрачие?! Брак, дети, дом—полная чаша, свое, трудом нажитое! Никого я по возможности не обманываю, никого не обижаю, никому не кланяюсь, верю в то, что жизнь эта временная, что если я ее с полной честностью проживу, то господь на том свете меня помилует. Оставьте меня с вашими таинствами, потому что они моему разуму не доступны, оставьте меня с вашими лишениями, я считаю, что всякая земная радость, все, для чего создано мое тело, — все должно иметь место в жизни». Вот здоровая, земная сущность тогдашней реформации, к которой примкнуло то, что мы можем назвать сейчас кулацким крестьянством, крестьянством наиболее зажиточным, и всякого рода ремесленники и торговцы городов.

Что же вследствие этого произошло в–Англии, Германии, Франции?

В Англии эта мелкая буржуазия стала давить на государство политически. Она отрицала таинства, и прежде всего таинство превращения вина и хлеба в плоть и кровь. «Как вы хотите, — говорили они, — это — вино, мы это ясно чувствуем на языке, не втирайте нам очки, мы не можем говорить, что это—плоть и кровь!» В этом сказался особый реализм этих людей. Это было одним из камней преткновения. Дальше следовало. — мы не признаем папу! Кто этот за горами живущий священник, который нам приказывает? У нас свои священники. Это доходило до непризнания епископов — община и священник, который читает евангелие, произносит проповеди, а в остальном — светская государственная власть.

В то же самое время королевская власть в Англии вела борьбу с папою, потому что папа из

Англии выкачивал громадное количество денег; поэтому королевская власть в лице Генриха VIII, с одной стороны, приказала верить, что хлеб есть плоть, а вино — кровь, приказала тем, кто будет возражать, отвечать перед судом и палачом; она признала епископов, но этим епископам предписала молиться за него, Генриха VIII, как главу церкви. «Это я, толстый Генрих VIII, сменивший за свою жизнь семь жен, большую часть которых убил, величайший развратник, чудовищный пьяница, я—семь настоящий глава церкви!»

Казалось бы, чего хуже, лучше уж верить в папу. Однако положение вещей было таково, что не хотелось платить дань папе, уж пусть заодно король грабит. Поэтому высшие слои мещанства согласились на это — пусть епископы назначаются королем, епископальная церковь с английским королем во главе, самодовлеющая национальная церковь — вот что они признают.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9

Другое по теме

Две группы "небесного класса" иеговистов-расселитов
Учение иеговистов о Церкви Христовой связано с двумя основополагающими понятиями: бессмертием и рождением свыше. Чарльз Рассел писал: "Нигде в Писании не заявлено, что Ангелы являются бессмертными, ни того, что восстановл ...